Князь александр невский изменник родины. Александр Невский: каким он был в реальности

Невский Александр Ярославович (в монашестве - Алексий) - великий князь киевский и владимирский, выдающийся русский полководец.


Биография

Детство

Отец Невского, Ярослав Всеволодович, был князем переяславским, позже - владимирским и киевским. Мать, Ростислава (Феодосия) Мстиславна, была княжной из рода Торопецких, дочерью Мстислава Удатного, князя новгородского и галицкого.

В 1225 году святитель Симон, епископ Суздальский, по приказу отца Невского совершил над маленьким Александром обряд посвящения в воины.

В 1234 году, когда Александру исполнилось 13 лет, состоялся его первый поход под командованием отца на Дерпт, против ливонцев.

Внешняя политика

Одним из главных направлений внешней политики Александра Невского был ЗАПАД.

В 1240 году немцы подошли к самому Пскову, а на Новгород двинулись шведы. 15 июля 1240 года Александр неожиданно в ночь напал на шведов, которые остановились на Неве лагерем. Князь разгромил шведов в битве, которая получила название Невской и дала прозвание победителю. Александр сам бесстрашно сражался в рядах своих воинов, а его тактика ведения боя показала его полководческий талант.

В 1241 году, по просьбе новгородцев, Александр очистил окрестности Новгорода и Пскова от ливонских рыцарей. 5 апреля 1242 года Невский разбил немцев на Чудском озере. Сражение получило название Ледового побоища.

В 1245 году Александр разгромил литовцев в битве у озера Жизца.

Эти победы укрепили северные границы Руси и заставили немцев отказаться от своих прежних завоеваний.

Несколько раз к Александру присылал послов Иннокентий IV, папа римский, предлагая ему подчиниться католической вере. Невский ответил отказом.

После того, как Невский вокняжился на владимирском престоле, литовцы снова осадили Псков. Александр совершил удачный поход.

Второй проблемой Невского во внешней политике стал ВОСТОК - отношения с татаро-монголами.

В сентябре 1246 года отца Невского вызвали в Каракорум к хану, где он был предательски отравлен. После смерти отца в Орду поехал и сам Александр. Там он прошёл все необходимые обряды и стал приёмным сыном самого хана Батыя. Вместе с братом Андреем князь гостил у хана в Монголии. На Русь братья вернулись только в 1249 году.

В 1251 году Александр снова едет в Орду, вызывая ропот недовольства на Руси своими частыми поездками к татарам. Некоторые склонны видеть в этом предательство, но большинство историков считают, что Невский был мудрым дипломатом, который своими поездками сдерживал Орду от новых набегов на Русь. Однако вскоре после этой поездки татары разгромили брата Невского, Андрея, который был вынужден бежать за границу.

В 1258 году Невский в третий раз едет в Орду, чтобы уладить вопрос с взбунтовавшимися новгородцами.

Последний раз Невский приезжал в Орду в 1262 году, чтобы умилостивить хана, который был разозлён убийством своих сборщиков дани на Руси. Из Орды Невский возвратился тяжело больным.

Внутренняя политика

Внутренняя политика Александра Невского была направлена на укрепление городов.

К 1240 году князь укрепил юго-западную границу Новгорода по реке Шелони.

Отношения с Новгородом стали одним из важнейших направлений внутренней политики Александра. Новгородцы очень ревниво относились к своей вольности, и после Невской битвы у князя с ними случился конфликт. Невский удалился к отцу в Переяславль, однако вскоре новгородцы были вынуждены смирить собственную гордыню, так как Псков захватили ливонские рыцари: они попросили вернуться на княжеский престол Александра.

После смерти отца Александр стал князем Киевским, но так как Киев к тому времени уже теряет своё значение, князь предпочитает жить и править в Новгороде. После разгрома татарами его брата Андрея Невский становится князем владимирским.

В 1257 году Новгород отказался участвовать в переписи, которую проводили татаро-монголы для обложения всех данью. Угрожая татарским погромом, в 1259 году Невский заставил новгородцев согласиться на перепись. В 1262 году во многих русских городах были перебиты татарские сборщики дани - и Невскому пришлось в очередной раз ехать в Орду и улаживать возникший конфликт.

Личная жизнь

В 1239 году, по воле отца, Александр женился на Александре (в миру - Параскева), дочери Брячислава, князя Полоцкого. Девушка была не по годам и не по времени образована и начитана. Венчание проходило в Торопце, в местном храме святого Георгия. В 1240 году Александра родила в Новгороде первенца, который был назван Василием. Потом у них родилось ещё три сына (Дмитрий, Андрей и Даниил) и дочь Евдокия.

С именем Невского упоминается имя ещё одной женщины - некой Вассы. В Княгинином монастыре Владимира, где, по преданию, покоится жена Невского, на могиле надпись: «Васса». Некоторые биографы утверждают, что это второе имя Александры, другие пишут о второй жене великого князя.

Смерть

Тяжело больным вернулся Александр из Орды после своей последней поездки. Существует версия, согласно которой Невский был отравлен татарами. Успев принять схиму с именем Алексия, Невский скончался 14 ноября 1263 года в Городце. Князь был похоронен во владимирском Рождественском монастыре, но по приказу Петра I его мощи были перенесены в Александро-Невский монастырь в Санкт-Петербурге.

Основные достижения Невского

  • Невский проявил свой полководческий талант в битвах со шведами и ливонскими рыцарями. Отклонив угрозу с Запада, Невский на долгие годы освободил северные границы Руси от нападений.
  • Невский был мудрым дипломатом, не оценённым своими современниками: понимая, что Русь бессильна перед Ордой, налаживал с татарскими ханами дипломатические отношения. Возможно, тем самым он предотвращал окончательное истребление Руси татаро-монголами.
  • Невский укреплял основы веры православной, отказав католикам в сотрудничестве и сам являя пример православного воина и князя.

Важные даты биографии Невского

  • 1221 год - рождение
  • 1225 год - посвящение в воины
  • 1234 год - первое участие в битве на реке Омовже
  • 1239 год - женитьба на Александре
  • 1240 год - рождение сына Василия, победа над шведами в Невской битве
  • 1242 год - победа над ливонскими рыцарями у Чудского озера
  • 1245 год - победа над литовцами в битве у озера Жизца
  • 1246 год - смерть отца
  • 1247 год - поездка в Орду
  • 1248 год - поездка в Монголию
  • 1249 год - возвращение на Русь
  • 1251 год - вторая поездка в Орду
  • 1258 год - третья поездка в Орду
  • 1262 год - последняя поездка в Орду
  • 1263 год - смерть

Интересные факты из жизни Невского

  • Александре, жене Невского, было 16 лет, и она была уже пострижена в монахини, когда великий князь Ярослав велел им пожениться.
  • Татарские женщины пугали именем Александра Невского своих разбаловавшихся детей.
  • Невский не проиграл в своей жизни ни одной битвы.

Александр Невский (Александр Ярославич) - русский полководец, князь Новгородский (1236-1240, 1241-1252, 1257-1259), великий князь Киевский (1249-1263), великий князь Владимирский (1252-1263). Канонизирован Русской православной церковью.

Александр Ярославич родился в 13 мая 1221 года (по другим данным - 20 мая 1220 года) в городе Переславле (ныне Переславль-Залесский), в княжестве своего отца Ярослава Всеволодовича (правнука Владимира Мономаха). Он стал вторым сыном в семье после Федора. Мать Александра - Ростислава (Феодосия) Мстиславна, рязанская княжна Торопецкая, дочь князя новгородского и галицкого Мстислава Удатного.

В 1225 году Ярослав Всеволодович «учинил сыновьям княжеский постриг». Обряд совершил епископ Владимирский и Суздальский Святитель Симон в Спасо-Преображенском соборе Переяславля-Залесского . После этого их начал обучать ратному делу опытный воевода, боярин Федор Данилович.

В 1227 году по просьбе новгородцев Ярослав стал княжить в Новгороде , взяв с собой сыновей - Федора и Александра. Вольный Новгород отличался от других русских земель тем, что сам избирал себе князя из рода Рюриковичей. Если князь становился «не люб» новгородцам, они его прогоняли. Власть в Новгороде принадлежала новгородскому вечу из влиятельных бояр и богатейших купцов. Князь командовал небольшой дружиной, которую приводил с собой и совместно с посадником возглавлял войско. Новгородское войско состояло из боярских и купеческих дружин и народного ополчения, во главе которого стоял выборный горожанин - тысяцкий.

В 1228 году Ярослав собирал полки во Владимиро-Суздальском княжестве для похода на Ригу. Александр вместе со старшим братом Федором были «ставлены» отцом в Новгороде под присмотром Федора Даниловича и тиуна Якима. Но в феврале 1229 года в городе случился голод, вызвавший волнения горожан («мятеж великий»). Федор Данилович и Яким вынуждены были бежать, захватив с собой двух княжичей. В 1230 году Ярослав Всеволодович вновь был призван горожанами на княжение. После двух недель пребывания в Новгороде он посадил княжить Александра и Федора, однако 5 июня 1233 года, в тринадцатилетнем возрасте, Федор Ярославич умер.

Зимой 1234 года состоялся первый поход юного Александра под отцовским стягом на Дерпт (Юрьев, ныне город Тарту в Эстонии), который с 1223 находился в руках ливонских немцев, одержана первая при его участии победа на реке Эмбах.

В 1236 году Ярослав с помощью новгородцев занял княжеский стол в Киеве. В Новгороде он посадил княжить Александра. Александр стал князем-наместником Новгородским, князем Дмитровским и Тверским.

Нашествие Батыя 1238 года не затронуло Новгород . Но новгородская земля привлекла захватчиков с запада: шведских и немецких рыцарей. По призыву Папы Римского Григория IX шведские крестоносцы готовились к крестовому походу на «северных язычников» - финнов, чьи земли входили в состав Новгородского княжества.

В 1239 году Ярослав женил Александра на дочери князя Брячислава - княжне Александре. Молодые обвенчались в Торопце , а свадебные торжества были устроены как в Торопце , так и в Новгороде . 1240 году у Александра родился сын Василий.

В 1239 году Ярослав Всеволодович получил великое княжение во Владимире . Александр выставил на границах новгородских владений сторожевые отряды, построил ряд укреплений на юго-западе от Новгорода по реке Шелони, наблюдать за судами у берегов Финского залива он поручил союзному финскому племени ижорян.

Битва со шведами на реке Неве (Невская битва)

В июле 1240 года старейшина ижорян Пелгусий заметил шведскую флотилию, приближающуюся к русским берегам, о чем немедленно известил Александра. Флот был собран шведским королем Эриком Картавым, командовал флотилией его ярл (князь) Ульф Фаси. Предположительно, численность шведского войска превышала 2000 человек, в том числе несколько десятков рыцарей, на пятидесяти шнеках (судах). Из финского залива по Неве шведы поднялись до устья Ижоры, где высадились на берег и разбили лагерь. Зная, что из обескровленной монголами Руси помощь новгородцам не получить, они планировали дойти до Ладожского озера, а от него по реке Волхову спуститься к Новгороду .

Александр быстро собрал войско - конных дружинников, новгородских конников и пеших ополченцев, всего около 1000 воинов. Князь спешил напасть на шведов внезапно, «изгоном». У города Ладоги к войску Александра присоединились ладожане. В стороне от шведского лагеря, на берег сошла пехота, отправленная по воде на ладьях, и объединилась с остальным войском.

Ночью 15 июля 1240 года войско Александра стремительным ударом атаковало шведский лагерь. Застигнутые врасплох шведы не смогли оказать серьезного сопротивления. По преданию, Александр вступил в поединок с шведским полководцем Биргером и «возложил острием копья печать на челе». Шведы получили поражение, уцелевшие воины погрузили на корабли павших рыцарей («Еще и в выкопанную яму побросали без числа») и, не дожидаясь рассвета, отплыли к шведским берегам. Бежали Ульф Фаси и раненый Биргер. Новгородцам остались трофеи: брошенные шнеки, шатры, доспехи, оружие, боевые кони. Потери Александра составили 20 погибших воинов, в их числе новгородцы: Константин Луготинич, Юрий (Гюрята) Пинещинич, сын кожевенника Дрочило Нездилович. Заключив с новгородцами мир, шведы долго не приближались к русским землям. Слава о 19-летнем князе быстро облетала русские земли, а Александр получил почетное прозвище - Невский.

Вскоре, после победы над шведами князь Александр Невский поссорился с новгородским боярством и вынужден был уехать из Новгорода к отцу в Переславль «с матерью и с женою и со всей дворней».

Битва на Чудском озере (Ледовое побоище)

В 1237 году в тевтонскими рыцарями Прибалтике был образован Ливонский орден, в который вошли также остатки меченосцев (немецкий Орден меченосцев был создан в 1202 году, разбит Ярославов Всеволодовичем в 1234 году около Дерпта (Тарту) и окончательно уничтожен литовцами в битве при Сауле в 1236 году). В соответствии с планом «Драг нах Остен» («Натиск на Восток») по захвату восточноевропейских государств, Папа Римский благословил Ливонский орден на завоевание Руси, ослабленной монголо-татарским нашествием.

Ливонцы захватили пограничную крепость Изборск , захватили посады вокруг Пскова , в сентябре 1240 года без боя вошли в Псков (ворота города открыли бояре-предатели во главе с псковским посадником Твердилой Иванковичем), в том же году построили крепость Копорье и уже хозяйничали в 40 км от новгородских стен.

Новгородское вече обратилось к Ярославу за князем Александром Невским для войны с захватчиками. Весной 1241 года Александр вступил в Новгород . В том же году князь с небольшим войском разрушил крепость Копорье , взял пленных и отослал их в Новгород . В следующем году Ярослав прислал Александру в помощь младшего сына Андрея с суздальской дружиной для освобождения Пскова . Князь «изгоном» захватил город, после этого освободил Изборск и вступил на ливонскую территорию.

Александр выслал вперед сторожевой отряд, который столкнулся с ливонским войском и был разбит. Оставшиеся в живых воины сообщили князю о приближении врага. Невский отступил к берегу Чудского озера и построил войска на промерзшем до дна мелководье у островка Вороний Камень. Построение княжеского войска выглядело так: впереди лучники, за ними передовой пеший полк и «чело» (центр), на «крыльях» (флангах) пешие полки, укрепленные легкой конницей, с тыла дружина Александра.

Утром 5 апреля 1242 года с противоположного берега Чудского озера выступило войско Ливонского ордена. Боевой порядок ливонского войска традиционно представлял собой «свинью», с фронта которой клином шли тяжеловооруженные конные рыцари, за ними - колонна кнехтов (пехоты), также укрепленная с флангов рыцарями. Среди кнехтов были и покоренные крестоносцами ливы, эсты и чуди.

Новгородцы встретили ливонцев тучей стрел дружины лучников. «Свинья» клином разрезала русские ряды, они раздвинулись, пропуская неприятеля, и начали давить его с флангов при поддержке полков правой и левой руки. Увязших в русском войске ливонцев встретили тяжелые русские конники, расположившиеся за передовым полком, после чего в бой вступила свежая княжеская дружина. Русские оттесняли ливонцев в ту часть озера, где над проточной водой лед был тонким. Лед не выдерживал тяжелых рыцарей и коней, первыми проваливались самые тяжелые рыцари, увлекая за собой остальных. Исход сражения был за Александром Невским.

Данные о потерях Ливонского ордена в европейских документах («Ливонская рифмованная хроника» XIII века) отличаются от сведений новгородской летописи. Но отличия связаны, скорее всего, с тем, что на каждого рыцаря приходилось около 20 слуг: вассалы, оруженосцы, наемники. Учитывая этот факт, можно считать новгородские данные верными: 500 погибших и 50 пленных немцев, не считая большого числа погибших пеших воинов, в основном чуди и ливов («и паде Чюди бещисла, а Немець 400, а 50 руками яша и приведоша в Новгородъ»).

Победа в битве на Чудском озере имела огромное значение, Александр Невский предотвратил угрозу захвата новгородских земель и возможный раскол Северной Руси.

Война с Литвой

Литва регулярно угрожала новгородским землям. Получив опыт ведения боевых действий в битвах с крестоносцами, литовские войска под предводительством князя Миндовга набегами разоряли приграничные новгородские владения. Александр Невский всегда стоял на страже Новгорода и успешно отражал литовские набеги.

В 1245 году Миндовг объединил более мощные силы и вторгся в новгородские земли. Александр немедленно направил свое войско против захватчиков. Литовцам пришлось отступить, но князь настиг их у Торопца , где они укрылись за крепостными стенами. Князь штурмом взял город, а бежавших литовцев разбил у озера Жижца и на берегах озера Усвята. Эта победа надолго усмирила Литву, а литовцы стали бояться самого имени Александра.

Великое княжение

30 сентября 1246 года во время визита в Орду умер Ярослав Всеволодович. Считается, что он был отравлен в Каракоруме матерью великого хана Гуюка Туракиной.

После смерти отца в Орду к хану Батыю был вызван Александр с братом Андреем. Александр получил ярлыки на княжение в Новгороде и разоренном Киеве, а Андрей стал князем во Владимире . Папа Римский Иннокентий IV прислал Александру Невскому посольство с предложением принять католическую веру и помощь тевтонцев против монголов. Князь отклонил союз с Римом: «си вся съведаем добре, а от вас учения не приимаем». Являясь дальновидным политиком, Александр желал сохранить единство Руси, он предпочел союз с монголами с покорной выплатой дани, чем возможность ввергнуть ослабленную Русь в пучину новой войны.

В 1251 году против Андрея выступили татарские войска, возглавляемые Неврюем. В союзе с братом Ярославом Тверским Андрей попытался дать татарам отпор, но был разбит и бежал в Швецию. В 1252 году Александр получил ярлык на великое княжение во

В начале 60-х гг. XIII в. Волжская Орда отделилась от Монгольской империи, став суверенным государством. Разладом между каракорумским и саранским правительствами немедленно воспользовались на Руси. Во многих русских городах произошли восстания против сидевших здесь имперских чиновников. поддержал эти выступления, рассылая грамоты с призывом «тотар побивати». В Сарае на эти действия смотрели сквозь пальцы, поскольку дело шло о ликвидации превратившейся в чуждую структуру власти. Однако став самостоятельными, сарайские ханы начали испытывать недостаток в вооруженных силах. Во время существования единой Монгольской империи такой недостаток покрывался за счет мобилизации в монгольские войска подвластного монголам населения. Сарайский хан Берке пошел по проторенному пути. В 1262 г. он потребовал произвести военный набор среди жителей Руси, поскольку возникла угроза его владениям со стороны иранского правителя Хулагу. Александр Невский вынужден был отправиться в Орду, чтобы как-то смягчить требования хана. Берке задержал русского князя в Орде на несколько месяцев. Там Александр заболел. Уже будучи больным, он выехал на Русь. С трудом добравшись до Городца на Волге, князь понял, что до Владимира ему не доехать. Днем 14 ноября 1263 г. он постригся в монахи, а к вечеру того же дня скончался. Через 9 дней тело князя было доставлено в стольный Владимир и при большом стечении народа захоронено в основанном дедом Александра Всеволодом Большое Гнездо Рождественском монастыре.

ПОСЛЕДНИЕ ГОДЫ ПРАВЛЕНИЯ АЛЕКСАНДРА НЕВСКОГО

В 1262 г. сразу в нескольких городах Северо-Восточной Руси - Ростове, Владимире, Суздале, Ярославле - вспыхнуло восстание, в результате которого сборщики дани, присланные великим ханом, были перебиты или изгнаны. Карательного похода из Золотой Орды не последовало: ее хан Берке в это время стремился к независимости от великоханского престола, и изгнание из Руси чиновников великого хана соответствовало его интересам. Но в том же году Берке затеял войну против монгольского правителя Ирана Хулагу и стал требовать послать ему на помощь русские войска. Александр отправился в Орду, чтобы «смолити людии от беды тои». Перед отъездом он организовал большой поход против Ливонского ордена.

Александр пробыл в Орде почти год. Миссия его, по-видимому, удалась: сведений об участии русских войск в войнах Золотой Орды против Хулагу нет. На обратном пути на Русь осенью 1263 г. 42-летний великий князь разболелся и умер 14 ноября 1263 г. в Городце на Волге, приняв перед смертью монашеский постриг. 23 ноября тело Александра было погребено в монастыре Рождества Богородицы во Владимире. В надгробной речи митрополит всея Руси Кирилл сказал: «Чада моя, разумейте, яко уже зайде солнце земли Суздальской!»

В литературе можно встретить предположение, что Александр, подобно отцу, был отравлен татарами. В источниках, однако, такая версия его смерти не встречается. В принципе, нет ничего удивительного в том, что длительное пребывание в непривычных климатических условиях могло сказаться на здоровье уже немолодого по тогдашним меркам человека. К тому же Александр, по-видимому, железным здоровьем не отличался: под 1251 г. летопись упоминает о тяжелой болезни, едва не сведшей его в могилу в тридцатилетнем возрасте.

После смерти Александра великим князем владимирским стал его младший брат Ярослав. Сыновья Александра получили: Дмитрий - Переяславль, Андрей - Городец. Младший, Даниил (родился в 1261 г.) стал через некоторое время первым московским князем и от него пошла династия московских великих князей и царей.

Если официальная (светская и церковная) оценка личности Александра Невского всегда была панегирической, то в исторической науке его деятельность трактовалась неоднозначно. И эта неоднозначность естественно вытекает из видимого противоречия в образе Александра. В самом деле: с одной стороны, это, несомненно, выдающийся полководец, выигравший все сражения, в которых участвовал, сочетавший решительность с расчетливостью, человек большой личной храбрости; с другой - это князь, вынужденный признать верховную власть иноземного правителя, не попытавшийся организовать сопротивление бесспорно самому опасному врагу Руси той эпохи - монголам, более того - способствовавший им в установлении системы эксплуатации русских земель.

Одна из крайних точек зрения на деятельность Александра, сформулированная в 20-е годы прошлого века русским историком-эмигрантом Г.В. Вернадским, а в последнее время в основном повторенная Л.Н. Гумилевым, сводится к тому, что князь сделал судьбоносный выбор между ориентацией на Восток и ориентацией на Запад. Пойдя на союз с Ордой, он предотвратил поглощение Северной Руси католической Европой и, тем самым, спас русское православие - основу самобытности. Согласно другой точке зрения, отстаиваемой английским историком Дж. Феннеллом и поддержанной отечественным исследователем И.Н. Данилевским, именно «коллаборационизм» Александра по отношению к монголам, предательство им братьев Андрея и Ярослава в 1252 г. стали причиной установления на Руси ига Золотой Орды.

Так был ли действительно сделан Александром исторический выбор и может ли один и тот же человек быть и героем, и коллаборационистом-предателем?

При условии учета менталитета эпохи и особенностей личной биографии Александра обе названные точки зрения выглядят надуманными. Сюзеренитет Орды сразу же приобрел в мировосприятии русских людей некое подобие легитимности; ее правитель именовался на Руси более высоким титулом, чем любой из русских князей - титулом «царь». Зависимость русских земель от Орды в основных чертах (включая взимание дани) стала складываться еще в 40-е годы XIII в. (в то время, когда Александр княжил в Новгороде и не влиял напрямую на русско-татарские отношения); в 50-е годы произошло лишь упорядочение системы экономической эксплуатации. После смерти отца в 1246 г., когда Александр стал сильнейшим князем в Северной Руси, он действительно стал перед выбором: поддерживать мирные отношения с Ордой, признавая верховный сюзеренитет ханов над Русью (уже признанный к этому времени всеми значительными князьями как Северной, так и Южной Руси) и противостоять Ордену, либо начать сопротивление татарам, заключив союз с Орденом и стоящим за ним религиозным главой католической Европы - папой (перспектива войны на два фронта князю, большую часть жизни проведшему в Новгороде, близ ордынской границы, должна была казаться неприемлемой, и вполне справедливо). Александр колебался до возвращения из поездки в Каракорум и твердо выбрал первый вариант только в 1250 г. Чем было обусловлено решение князя?

Разумеется, следует учитывать общее настороженное отношение к католичеству и личный опыт Александра, которому в 1241 - 1242 гг., в возрасте двадцати лет, пришлось отражать наступление на Новгородскую землю немецких крестоносцев, поддерживаемых Римом… Можно предполагать, что свое воздействие оказали четыре фактора:

1) В ходе своей двухгодичной поездки по степям (1247 - 1249 гг.) Александр смог, с одной стороны, убедиться в военной мощи монгольской империи, а с другой - понять, что монголо-татары не претендуют на непосредственный захват русских земель, довольствуясь признанием вассалитета и данью, а также отличаются веротерпимостью и не собираются посягать на православную веру. Это должно было выгодно отличать их в глазах князя от крестоносцев, действия которых характеризовались непосредственным захватом территории и насильственным обращением населения в католичество.

2) После возвращения Александра на Русь в конце 1249 г. к нему должны были дойти сведения о том, что сближение с Римом сильнейшего князя Южной Руси Даниила Романовича Галицкого оказалось бесполезным для дела обороны от татар: обещанный папой антитатарский крестовый поход не состоялся.

3) В 1249 г. фактический правитель Швеции ярл Биргер начал окончательное завоевание земли еми (Центральная Финляндия), причем сделано было это с благословения папского легата. Земля еми издревле входила в сферу влияния Новгорода, и Александр имел основания расценить происшедшее как недружественный по отношению к нему акт со стороны курии.

4) Упоминание в булле от 15 сентября 1248 г. возможности учреждения в Пскове католической епископской кафедры неизбежно должно было вызвать у Александра отрицательные эмоции, т.к. ранее епископия была учреждена в захваченном немцами Юрьеве, и поэтому предложение об утверждении таковой во Пскове ассоциировалось с аннексионистскими устремлениями Ордена, напоминая о более чем годичном пребывании Пскова в 1240 - 1242 гг. в руках крестоносцев. Таким образом, решение князя прекратить контакты с Иннокентием IV было связано с осознанием бесперспективности сближения с Римом для противостояния Орде и с явными проявлениями своекорыстных мотивов в политике папы.

В целом можно констатировать, что в действиях Александра Ярославича нет оснований искать какой-то осознанный судьбоносный выбор. Он был человеком своей эпохи, действовал в соответствии с мировосприятием того времени и личным опытом. Александр был, выражаясь по-современному, «прагматиком»: он выбирал тот путь, который казался ему выгодней для укрепления его земли и для него лично. Когда это был решительный бой, он давал бой; когда наиболее полезным казалось соглашение с одним из врагов Руси, он шел на соглашение. В результате, в период великого княжения Александра (1252 - 1263 гг.) не было татарских набегов на Суздальскую землю и всего две попытки нападения на Русь с Запада (немцев в 1253 и шведов в 1256 г.), быстро пресеченные. Александр добился признания Новгородом сюзеренитета великого князя владимирского (что стало одним из факторов, благодаря которым именно Северо-Восточная Русь превратилась позже в ядро нового, Российского государства). Предпочтение им владимирского стола киевскому было решающим событием в процессе перемещения номинальной столицы Руси из Киева во Владимир (т.к. оказывалось, что именно Владимир был избран в качестве столицы князем, признанным «старейшим» на Руси). Но эти долгосрочные последствия политики Александра Невского не были следствием изменения им объективного хода событий. Напротив, Александр действовал в соответствии с объективными обстоятельствами своей эпохи, действовал расчётливо и энергично.

Александр Ярославич Невский (др.-рус. Олександръ Ярославичь, в монашестве Алексий). Родился 13 мая 1221 года в Переславле-Залесском - умер 14 ноября 1263 года в Городце. Князь Новгородский (1236-1240, 1241-1252 и 1257-1259), великий князь Киевский (1249-1263), великий князь Владимирский (1252-1263), знаменитый русский полководец.

Второй сын переяславского князя (позже великого князя киевского и владимирского) Ярослава Всеволодовича и Ростиславы (Феодосии) Мстиславны, торопецкой княжны, дочери князя новгородского и галицкого Мстислава Удатного Родился в Переяславле-Залесском в мае 1221 года.

В 1225 году Ярослав «учинил сыновьям княжеский постриг» - обряд посвящения в воины, который совершил в Спасо-Преображенском соборе Переяславля-Залесского епископ Суздальский Святитель Симон.

В 1228 году Александр вместе со старшим братом Фёдором были оставлены отцом, вместе с переяславским войском, собиравшимся летом в поход на Ригу, в Новгороде под присмотром Фёдора Даниловича и тиуна Якима, но во время голода, наступившего зимой этого года, Фёдор Данилович и тиун Яким, не дождавшись ответа Ярослава о просьбе новгородцев об отмене забожничья, в феврале 1229 года сбежали с малолетними княжичами из города, опасаясь расправы восставших новгородцев. В 1230 году, когда Новгородская республика призвала князя Ярослава, он, побыв две недели в Новгороде, посадил на княжение Фёдора и Александра, однако три года спустя, в тринадцатилетнем возрасте, Фёдор умер.

В ноябре 1232 года римский папа Григорий IX провозгласил крестовый поход против финских язычников и русских, и конфликт закончился победой новгородцев на Омовже (1234).

В 1236 году Ярослав уехал из Новгорода княжить в Киев (оттуда в 1238 году - во Владимир). С этого времени началась самостоятельная деятельность Александра. В 1238 году, во время монгольского нашествия на Северо-Восточную Русь, Юрий Всеволодович Владимирский ожидал полки братьев Ярослава и Святослава, но сведения об участии новгородцев в битве на Сити отсутствуют. Затем монголы взяли Торжок после двухнедельной осады и не пошли в Новгород.

Ещё в 1236-1237 годах соседи Новгородской земли враждовали друг с другом (200 псковских воинов участвовали в неудачном походе Ордена меченосцев против Литвы, закончившемся битвой при Сауле и вхождением остатков ордена меченосцев в состав Тевтонского ордена), но уже в декабре 1237 года папа Григорий IX провозгласил второй крестовый поход в Финляндию, а в июне 1238 года датский король Вальдемар II и магистр объединённого ордена Герман Балк договорились о разделе Эстонии и военных действиях против Руси в Прибалтике с участием шведов.

В 1239 году, по окончании войны с литовцами за Смоленск, Александр построил ряд укреплений на юго-запад от Новгорода по реке Шелони и женился на дочери Брячислава Полоцкого. Свадьба прошла в Торопце в храме св. Георгия. Уже в 1240 году в Новгороде родился первенец княжича, названный Василием.

В июле 1240 года шведский флот (руководство походом русские источники приписывают ярлу Биргеру; в шведских источниках упоминания о битве отсутствуют, ярлом в тот момент являлся Ульф Фаси, а не Биргер; Биргер командовал крестовым походом в Финляндию в 1249 году), вместе с которым было несколько епископов, вошёл в Неву, планируя овладеть Ладогой. Александр, узнав об их прибытии от местных старейшин, без запроса помощи из Владимира и даже без полного сбора ополчения, со своей дружиной и успевшими собраться отрядами новгородцев и ладожан атаковал шведский лагерь у устья Ижоры и одержал блестящую победу (15 июля).

Уже в августе наступление с юго-запада начал Орден при участии русского князя Ярослава Владимировича и войска короля, чем может объясняться выжидательная позиция, занятая до этого на Неве шведами. Немцы взяли Изборск, разбив 800 подошедших ему на помощь псковичей, и осадили Псков, ворота которого открыли их сторонники из псковских бояр. Эти события не помешали новгородцам выгнать зимой 1240/1241 годов Александра в Переяславль-Залесский, и только когда немцы захватили землю вожан и Копорье, приблизившись к Новгороду на расстояние 30 вёрст, новгородцы обратились к Ярославу за князем. Он попытался оставить старшего сына при себе, послав к ним Андрея, но они настояли на кандидатуре Александра.

В 1241 году Александр явился в Новгород и очистил его область от врагов, а в 1242 году, дождавшись владимирскую помощь во главе с Андреем, взял Псков (погибло 70 рыцарей). Немцы собрались в районе Юрьева, куда двинулся Александр. Но после того, как на покорме был уничтожен передовой отряд новгородцев, Александр отступил на лёд Чудского озера для решающей битвы, которая произошла 5 апреля. Войско ордена нанесло мощный удар по центру русского боевого порядка, но затем княжеская конница ударила с флангов и решила исход сражения. Согласно новгородской летописи, русские 7 вёрст преследовали немцев по льду. По условиям мира Орден отказался от всех недавних завоеваний и уступил новгородцам часть Латгалии, сразу после чего отец Невского был вызван к Батыю.

В 1245 году литовское войско, возглавляемое князем Миндовгом, напало на Торжок и Бежецк. Подошедший с новгородским войском Александр взял Торопец и убил больше восьми литовских князей, после чего отпустил новгородцев домой. Затем уже силами своего двора догнал и полностью уничтожил остатки литовского войска, включая князей, у Жижицкого озера, затем на обратном пути разбил другой литовский отряд под Усвятом. По выражению летописца, литовцы впали в такой страх, что стали «блюстися имени его». Отец Невского Ярослав был вызван в Каракорум и отравлен там 30 сентября 1246 года. Почти одновременно с этим 20 сентября в Золотой Орде был убит Михаил Черниговский, отказавшийся пройти языческий обряд.

После смерти отца, в 1247 году Александр поехал в Орду к Батыю. Оттуда вслед за ранее уехавшим братом Андреем он отправился к великому хану в Монголию. Вернулись из Каракорума Александр и Андрей в 1249 г. В их отсутствие брат их, Михаил Хоробрит Московский (четвёртый сын великого князя Ярослава), отнял у дяди Святослава Всеволодовича владимирское великое княжение в 1248 году, но в том же году погиб в бою с литовцами в битве на реке Протве. Святославу удалось разбить литовцев у Зубцова.

Батый планировал отдать владимирское великое княжение Александру, но согласно завещанию Ярослава владимирским князем должен был стать Андрей, а новгородским и киевским - Александр. И летописец отмечает, что у них была «пря велия о великом княжении». В итоге правителями Монгольской империи, несмотря на смерть Гуюка во время похода на Батыя в 1248 году, был реализован второй вариант. Александр получил Киев и «Всю Русскую землю». Современные историки расходятся в оценке того, кому из братьев принадлежало формальное старшинство. Киев после татарского разорения потерял какое-либо реальное значение; поэтому Александр в него не поехал, а поселился в Новгороде (По данным В. Н. Татищева, князь всё же собирался уехать в Киев, но новгородцы «удержали его татар ради», однако достоверность этой информации находится под вопросом).

Есть сведения о двух посланиях папы римского Иннокентия IV Александру Невскому. В первом папа предлагает Александру последовать примеру отца, согласившегося (папа ссылался на Плано Карпини, в трудах которого данное известие отсутствует) перед смертью подчиниться римскому престолу, а также предлагает координацию действий с тевтонцами в случае нападения татар на Русь. Во втором послании папа упоминает о согласии Александра креститься в католическую веру и построить католический храм в Пскове, а также просит принять его посла - архиепископа Прусского.

В 1251 году к Александру Невскому в Новгород приехали два кардинала с буллой. Почти одновременно во Владимире Андрея Ярославича с Устиньей Даниловной венчал митрополит Кирилл - сподвижник Даниила Галицкого, которому папа предлагал королевскую корону ещё в 1246-1247 годах. В том же году литовский князь Миндовг принял католическую веру, тем самым обезопасив свои земли от тевтонцев. По рассказу летописца, Невский, посоветовавшись с мудрыми людьми, изложил всю историю Руси и в заключение сказал: «си вся съведаем добре, а от вас учения не принимаем».

В 1251 году при участии войск Золотой Орды победу в борьбе за верховную власть в Монгольской империи одержал союзник Батыя Мунке, и в следующем году Александр вновь приехал в Орду. Одновременно против Андрея были двинуты войска под предводительством Неврюя. Андрей, в союзе с братом Ярославом Тверским выступил против них, но был разбит и через Новгород бежал в Швецию, Ярослав закрепился во Пскове. Это была первая попытка открытого противодействия монголо-татарам в Северо-Восточной Руси. После бегства Андрея великое княжение владимирское перешло к Александру. Возможно, как считает ряд исследователей, это свидетельствует о том, что Александр во время своей поездки в Орду способствовал организации карательного похода против своего брата, но прямых доказательств в пользу данного вывода нет. В том же году из монгольского плена был отпущен в Рязань захваченный в 1237 году раненым князь Олег Ингваревич Красный.

За вокняжением Александра во Владимире последовала новая война с западными соседями. В 1253 году, вскоре после начала великого княжения Александра, его старший сын Василий с новгородцами был вынужден отражать литовцев от Торопца, в том же году псковичи отбили тевтонское вторжение, затем вместе с новгородцами и карелами вторглись в Прибалтику и разбили тевтонцев на их земле, после чего был заключён мир на всей воле новгородской и псковской. В 1256 году на Нарову пришли шведы, емь, сумь и начали ставить город (вероятно речь идёт о уже заложенной в 1223 году крепости Нарва). Новгородцы просили помощи у Александра, который и провёл с суздальскими и новгородскими полками удачный поход на емь. В 1258 году литовцы вторглись в Смоленское княжество и подступали к Торжку.

В 1255 году новгородцы изгнали от себя старшего сына Александра Василия и призвали Ярослава Ярославича из Пскова. Невский же заставил их снова принять Василия, а неугодного ему посадника Ананию, поборника новгородской вольности, заменил услужливым Михалкой Степаничем. В 1257 году монгольская перепись прошла во Владимирской, Муромской и Рязанской землях, но была сорвана в Новгороде, который не был разорён в ходе нашествия. Большие люди, с посадником Михалкой, уговаривали новгородцев покориться воле хана, но меньшие и слышать о том не хотели. Михалко был убит. Князь Василий, разделяя чувства меньших, но не желая ссориться с отцом, ушёл во Псков. В Новгород явился сам Александр Невский с татарскими послами, сослал сына в Суздальскую землю, советчиков его схватил и наказал («овому носа урезаша, а иному очи выимаша») и посадил князем к ним второго своего сына, семилетнего Дмитрия. В 1258 году Александр ездил в Орду «чтить» ханского наместника Улавчия, а в 1259 году, угрожая татарским погромом, добился от новгородцев согласия на перепись и дань («тамги и десятины»).

Принявший в 1253 году королевскую корону Даниил Галицкий своими силами (без союзников из Северо-Восточной Руси, без католизации подвластных земель и без сил крестоносцев) смог нанести ордынцам поражение, но вскоре под угрозой вторжения Орды подчинился и вынужден был срыть все построенные им новые крепости. Литовцы были отбиты от Луцка, после чего последовали галицко-ордынские походы на Литву и Польшу, разрыв Миндовга с Польшей, Орденом и союз с Новгородом. В 1262 году новгородские, тверские и союзные литовские полки под номинальным началом 12-летнего Дмитрия Александровича предприняли поход в Ливонию и осадили город Юрьев, сожгли посад, но города не взяли.

В 1262 году во Владимире, Суздале, Ростове, Переяславле, Ярославле и других городах были перебиты татарские откупщики дани, а сарайский хан Берке потребовал произвести военный набор среди жителей Руси, поскольку возникла угроза его владениям со стороны иранского правителя Хулагу. Александр Невский отправился в Орду, чтобы попытаться отговорить хана от этого требования. Там Александр заболел. Уже будучи больным, он выехал на Русь.

Приняв схиму под именем Алексия, он 14 ноября 1263 скончался в Городце (есть 2 версии - в Городце волжском или в Городце Мещерском). Митрополит Кирилл возвестил народу во Владимире о его смерти словами: «Чада моя милая, разумейте, яко заиде солнце Русской земли», и все с плачем воскликнули: «уже погибаем».

«Соблюдение Русской земли, - говорит знаменитый историк Сергей Соловьёв, - от беды на востоке, знаменитые подвиги за веру и землю на западе доставили Александру славную память на Руси и сделали его самым видным историческим лицом в древней истории от Мономаха до Донского». Александр сделался любимым князем духовенства. В дошедшем до нас летописном сказании о подвигах его говорится, что он «Богом рожен». Побеждая везде, он никем не был побеждён. Рыцарь, пришедший с запада посмотреть Невского, рассказывал, что он прошёл много стран и народов, но нигде не видал такого «ни в царях царя, ни в князьях князя». Такой же отзыв будто бы дал о нём и сам хан татарский, а женщины татарские его именем пугали детей.

Изначально похоронен Александр Невский в Рождественском монастыре во Владимире. В 1724 году по приказу Петра I мощи Александра Невского торжественно перенесены в Александро-Невский монастырь (с 1797 года - лавра) в Санкт-Петербурге.

Канонизирован Русской православной церковью в лике чудотворцев при митрополите Макарии на Московском Соборе 1547 года. Память (по Юлианскому календарю): 23 ноября и 30 августа (перенесение мощей из Владимира-на-Клязьме в Санкт-Петербург, в Александро-Невский монастырь (с 1797 - лавра) 30 августа 1724 года).

Согласно канонической версии, Александр Невский рассматривается как святой, как своего рода золотая легенда средневековой Руси. В XIII веке Русь подверглась ударам с трёх сторон - католического Запада, монголо-татар и Литвы. Александр Невский, за всю жизнь не проигравший ни одной битвы, проявил талант полководца и дипломата, заключив мир с наиболее сильным (но при этом более веротерпимым) врагом - Золотой Ордой - и отразив нападение немцев, одновременно защитив православие от католической экспансии. Эта трактовка официально поддерживалась властью как в дореволюционные, так и в советские времена, а также Русской православной церковью. Идеализация Александра достигла зенита перед Великой Отечественной войной, во время и в первые десятилетия после неё. В популярной культуре этот образ был запечатлён в фильме «Александр Невский» Сергея Эйзенштейна.

Лев Гумилёв как представитель евразийства видел в Александре Невском архитектора русско-ордынского альянса. Он утверждает, что в 1251 г. «Александр приехал в орду Батыя, подружился, а потом побратался с его сыном Сартаком, вследствие чего стал сыном хана и в 1252 г. привёл на Русь татарский корпус с опытным нойоном Неврюем». С точки зрения Гумилёва и его последователей, дружеские отношения Александра с Батыем, чьим уважением он пользовался, его сыном Сартаком и преемником - ханом Берке позволили наладить с Ордой возможно более мирные отношения, что способствовало синтезу восточнославянской и монголо-татарской культур.

Третья группа историков, в целом соглашаясь с прагматичным характером действий Александра Невского, считает, что объективно он сыграл отрицательную роль в истории России. Некоторые историки, в частности, Джон Феннелл, Игорь Данилевский и Сергей Смирнов считают, что традиционный образ Александра Невского - как гениального полководца и патриота преувеличен. Они акцентируют внимание на свидетельствах, в которых Александр Невский выступает властолюбивым и жестоким человеком. Также ими высказываются сомнения насчёт масштаба ливонской угрозы Руси и реального военного значения столкновений на Неве и Чудском озере. Согласно их трактовке, серьёзной угрозы со стороны немецких рыцарей не было (причём Ледовое побоище не являлось крупной битвой), а пример Литвы (в которую перешёл ряд русских князей со своими землями), по мнению Данилевского, показал, что успешная борьба с татарами была вполне возможна. Александр Невский сознательно пошёл на союз с татарами, чтобы использовать их для укрепления личной власти. В долгосрочной перспективе его выбор предопределил формирование на Руси деспотической власти.

Супруги: Александра, дочь Брячислава Полоцкого;
Васса.

Сыновья:
Василий (до 1245-1271) - новгородский князь;
Дмитрий (1250-1294) - Князь Новгородский (1260-1263), князь переяславский, великий князь владимирский в 1276-1281 и 1283-1293;
Андрей (ок. 1255-1304) - князь костромской (1276-1293, 1296-1304), великий князь владимирский (1281-1284, 1292-1304), князь новгородский (1281-1285, 1292-1304), князь городецкий (1264-1304);
Даниил (1261-1303) - первый князь московский (1263-1303).

Дочери:
Евдокия, ставшая женой Константина Ростиславича Смоленского.

Супруга и дочь Евдокия погребены в соборе Успения Богородицы Успенского Княгининого монастыря в г. Владимире.

XV. АЛЕКСАНДР НЕВСКИЙ И РУСЬ СЕВЕРО-ВОСТОЧНАЯ

(продолжение)

Александр. – Невская победа. – Ледовое побоище. – Соперничество с братом Андреем. – Политика в отношении к татарам. – Новгородские смуты. – Татарские численники и сборщики даней. – Последнее путешествие в Золотую Орду и кончина Александра. – Установленный им характер татарской зависимости.

Личность князя Александра Невского

Александр Ярославич принадлежит к тем историческим деятелям Северной Руси, в которых наиболее отразились основные черты великорусской народности: практический ум, твердость воли и гибкость характера, или умение сообразоваться с обстоятельствами. Большую часть своей юности он провел в Новгороде Великом, где под руководством суздальских бояр заступал место своего отца Ярослава Всеволодовича; а с 1236 года, когда Ярослав получил Киевский стол, Александр остался самостоятельным новгородским князем. Эти годы, проведенные в Великом Новгороде, бесспорно имели большое влияние на развитие его ума и характера. Деятельная, кипучая жизнь торгового города, постоянное присутствие западных иноземцев и почти непрерывная борьба веча с княжеской властью, конечно, производили на него глубокое впечатление и немало способствовали развитию той выдержанности характера и той гибкости, соединенной с твердою волею, которыми отличается вся его последующая деятельность. Внутренним качествам соответствовала и самая наружность Александра, красивая и величественная.

В 1239 г. двадцатилетний Александр Ярославич вступил в брак с дочерью полоцкого князя Брячислава. Венчание происходило в Торопце, где он и "кашу чини", т.е. давал свадебный пир; "а другое в Новгороде"; следовательно, по возвращении в свое княжение Александр и здесь устроил широкое угощение. Вслед затем он с новгородцами ставит городки на реке Шелони, т.е. укрепляет западную окраину их владений; очевидно в таких укреплениях существовала тогда настоятельная нужда.

Невская битва 1240

Как известно, Великий Новгород был столь счастлив, что гроза Батыева нашествия миновала его и только юго-восточная часть его земли подверглась разорению. Но в то же самое время западные соседи, как бы сговорясь между собою, спешат воспользоваться разгромом Северо-Восточной Руси, чтобы теснить Великий Новгород, отнимать у него волости, грабить, разорять его пригороды и села. То были: Шведы, Ливонские Немцы и Литва. Здесь-то, в борьбе с этими внешними врагами, Александр обнаружил свои блистательные дарования и покрыл себя неувядаемой славой. Первыми испытали на себе его тяжелую руку шведы. Известно, что уже давно происходили столкновения с ними новгородцев на северных прибрежьях Финского залива, где шведы постепенно распространяли свое владычество, а вместе с тем и свою религию. Но нам неизвестно в точности, что послужило ближайшим поводом к шведскому походу на новгородцев в 1240 г., в царствование короля Эриха Эриксона. Очень вероятно, что он был предпринят под влиянием папских посланий, побуждавших шведов и ливонских немцев оружием подчинить католицизму русские Прибалтийские земли. Настоящею же целью шведского похода было, по-видимому, завоевание Невского побережья, а следовательно, и захват главного пути новгородской торговли с Северо-Западною Европою; причем, может быть, имелась в виду и Ладога, которою издавна стремились завладеть варяжские конунги.

Когда в Новгород пришла весть о появлении шведского ополчения в устьях Невы, Александр не захотел терять времени на посылку за помощью к своему отцу, тогда великому князю Владимирскому, ни даже собирать рать из разных пригородов и волостей новгородских. Он понял, что успех зависит от быстроты и решительности. А потому, помолясь в Софийском соборе и взяв благословение у владыки Спиридона, немедля выступил только с новгородскою и собственною дружиною; на пути присоединил ладожан и с этими немногочисленными силами поспешил встретить врагов. Он нашел их расположившимися станом на южном берегу Невы при впадении в нее речки Ижоры, и, не дав им опомниться, стремительно ударил на них (15 июля 1240 г.). Шведы потерпели полное поражение; следующею ночью они поспешили на своих шнеках удалиться в отечество. По словам русской летописи, ладожане и новгородцы потеряли будто бы не более двадцати человек убитыми. Она описывает при этом подвиги шести русских витязей, наиболее отличившихся; любопытно, что трое из них были новгородцы, а остальные трое принадлежали к собственной дружине князя. Например, новгородец Гаврило Олексинич, преследуя неприятелей, спасавшихся на корабль, вскочил на доску, был сброшен с нее в воду вместе с конем; но вышел из воды невредимым и снова вернулся в битву. Сава, один из княжих отроков, пробился к златоверхому шатру шведского предводителя и подрубил его столб; шатер рухнул; что обрадовало русских и навело уныние на врагов. Другой отрок княжий, Ратмир, пеший избил много врагов, был окружен ими и пал от тяжких ран. Невская победа обратила на Александра общее внимание и доставила ему громкую славу. Какое сильное впечатление произвела на современников эта победа, указывает сложившаяся тогда же легенда о явлении перед битвой св. Бориса и Глеба некоему Пелгусию, старейшине Ижорской земли.

Ледовое побоище с немцами 1242

Более упорная война должна была произойти с ливонскими немцами. Около того времени орден Меченосцев, подкрепив себя соединением с Тевтонским орденом, возобновил наступательное движение на Русь Новгородскую и в особенности направил свои удары на ближайшую к нему Псковскую область. В самый год Невской битвы немцы вместе с русским изменником Ярославом Владимировичем (пошедшим по стопам своего отца Владимира Псковского) взяли псковский пригород Изборск. Псковичи выступили против них, но потерпели поражение. Затем немцы осаждали самый Псков, где тогда происходили внутренние смуты. По словам летописи, врагов подвела какая-то изменническая партия с Твердилом Иванковичем во главе. Этот Твердило (кажется, потомок известного новгородского посадника Мирошки Нездилича) захватил себе посадничество в Пскове и начал свирепствовать против своих соперников; так что многие граждане с семействами своими бежали в Новгород. Не встречая отпора, немцы распространили свои завоевания и далее; перешли за реку Лугу и, чтобы упрочить за собой этот край, заложили крепость в Копорском погосте. Вместе с толпами передавшихся им Чуди и Води они доходили уже за тридцать верст до Новгорода, захватывали купцов с товарами, отнимали у поселян коней и скот; так что и землю пахать было нечем. К довершению бедствий в то время усилились набеги литовцев на Новгородскую землю. А между тем случилось так, что новгородцы сидели тогда без князя.

Всегда ревнивые к своим вольностям и ограничению княжеской власти граждане успели рассориться с Александром, и он удалился к отцу в Суздальскую область. Новгородцы послали к Ярославу просить князя, и тот назначил другого своего сына Андрея. Но они понимали, что в таких трудных обстоятельствах им нужен Александр, и отправили владыку Спиридона с боярами просить именно его. Ярослав исполнил их просьбу. Александр ловко и быстро поправил дела. Он разорил строившуюся крепость Копорье, прогнал немцев из Водской области и перевешал многих переветчиков из Чуди и Вожан. Но между тем немцы при содействии изменников успели захватить в свои руки самый Псков. Александр выпросилу отца на помощь себе низовые, или суздальские, полки с братом Андреем; неожиданно явился под Псковом и взял в плен немецкий гарнизон. Отсюда, не теряя времени, он двинулся в пределы Ливонии.

Перед выступлением в этот поход на немцев Александр по своему благочестивому обыкновению молился усердно в соборном храме. Между прочим, по сказанию летописи, он просил Господа рассудить его прю с этим велеречивым народом. А немцы, собравши большую силу, будто бы похвалялись тогда "покорить себе Славянский народ". Во всяком случае из летописного рассказа видно, что борьба Руси с немцами в то время приняла уже характер племенной вражды, разгоравшейся от немецких притязаний на господство, действительно непомерных. Характер ожесточения в этой борьбе подтверждает и немецкая летопись, которая говорит, что в ней погибло до семидесяти рыцарей; а шесть рыцарей, взятых в плен, будто бы были замучены.

Когда передовые новгородские отряды потерпели неудачу, Александр отступил на Чудское озеро, и здесь на льду дал битву соединенным силам немцев и ливонской Чуди, где-то близ урочища Узмени. Это так наз. Ледовое побоище произошло 5 апреля; но лед был еще крепок и выдержал тяжесть обеих сражающихся ратей. Немцы построились в свой обычный порядок клином (или, как Русь называла его, свиньею) и насквозь пробили русские полки. Но последние не смутились: после жестокой рукопашной сечи русские смяли и поразили наголову неприятеля; а потом гнали его по льду на расстоянии семи верст. Одних рыцарей было взято до пятидесяти; они пешие шли за конем Александра, когда он с победными полками торжественно вступил во Псков, встреченный гражданами и духовенством с крестами и хоругвями. Сочинитель Сказания о великом князе Александре, изображая его славу, распространившуюся "до гор Араратских и до Рима Великого", восклицает: "О псковичи! Если забудете великого князя Александра Ярославича (освободившего вас от иноплеменников) или отступите от его рода и не примете к себе кого-либо из его потомков, который в несчастье прибегнет к вам, то уподобитесь Жидам, которые забыли Бога, изведшего их из работы египетской и пропитавшего в пустыне манною и печеными крастелями". После Ледового побоища ливонские немцы прислали в Новгород с просьбою о мире и заключили его, отказавшись от Водской и Псковской областей, возвратив пленных и заложников. Таким образом, Александр отбил движение Ливонского и Тевтонского ордена на восточную сторону Чудского озера; этим миром установлены между обеими, сторонами приблизительно те границы, которые оставались и в последующие века.

Ледовое побоище Александра Невского. Картина В. Назарука, 1984

Победа Александра Невского над литвой 1245

Русь Новгородская умеренно воспользовалась победою, оставив за немцами Юрьев и другие владения на западной стороне Чудского озера; ибо, кроме их, было тогда много и других врагов. Между прочим, Литва, все более и более забиравшая силу, вторглась в самую глубь новгородских владений. В 1245 г. она проникла до Бежеца и Торжка. Возвращаясь отсюда с большим полоном, преследуемые новоторами и тверичами, литовские князья укрылись в Торопец. Но пришел Александр с новгородцами, освободил Торопец от Литвы и отнял у нее весь полон, истребив до восьми литовских князей с их дружинами. Новгородцы после того воротились домой. Но Александр считал нужным довершить удар, чтобы отбить у Литвы охоту нападать на Русь. Он с одним своим двором, т.е. с одною княжьею дружиною, преследовал литовцев в Смоленской и Полоцкой земле и разбил их еще два раза (под Жижичем и под Усвятом).

Таким образом, Александр силою меча укротил всех трех западных врагов Руси. Но иначе приходилось ему действовать на другом поприще, со стороны азиатских варваров.

Поездка Александра Невского в Орду и ко двору великого монгольского хана

Сочинитель Сказания о Невском герое повествует, будто по смерти отца его Ярослава Батый послал звать Александра в Орду и велел сказать ему: "Мне Бог покорил многие народы; ты ли один не хочешь покориться моей державе? Если хочешь сохранить свою землю, то приди ко мне, да увидишь честь и славу моего царства". Александр взял благословение у ростовского епископа Кирилла и отправился в Орду. Увидев его, Батый молвил своим вельможам: "Истину мне говорили, что нет подобного ему князя"; воздал ему большие почести и даже многие дары. Такие рассказы суть не что иное, как обычное украшение повести о любимом герое. В Орде не осыпали дарами наших князей; наоборот, последние должны были там усердно раздавать подарки хану, его женам, родственникам и вельможам. По другим летописным известиям, молодой князь еще прежде бывал в Орде Батыевой, вероятно, сопровождая туда своего отца: без сомнения, от сего последнего он научился смирять себя перед грозной татарской силой и не помышлять более ни о каком открытом сопротивлении. По смерти Ярослава следующий за ним брат Святослав Юрьевский занял старший Владимирский стол. Но теперь всякие перемены в княжениях производились не иначе, как с ханского соизволения. Поэтому Александр и брат его Андрей вновь поехали в Золотую Орду, вероятно, хлопотать о княжениях. Батый отправил их в Великую Орду к хану Менгу. Братья совершили это трудное и далекое путешествие. Они воротились домой спустя около двух лет, неся с собой ханские ярлыки на оба великие княжения: Александр – на Киевское, Андрей – на Владимирское. И в прежнее время племянники не всегда уважали старшинство своих дядей, а теперь над князьями явилась власть еще высшая, неуважение к старым родовым обычаям встречается все чаще. Уже до возвращения Александра и Андрея младший их брат Михаил, князь Московский, отнял великое Владимирское княжение у дяди своего Святослава. Но Михаил, прозванный Хоробритом, скоро погиб в битве с Литвою.

Александр Невский и брат его Андрей

Александр, очевидно, не был доволен тем, что Владимирское княжение досталось младшему перед ним брату Андрею. Хотя Киев и считался старше всех городов Руси, но он лежал в развалинах. Невский герой не поехал туда, а пребывал или в Новгороде Великом, или в своих суздальских волостях, ожидая удобного случая завладеть стольным Владимиром. Неосторожность Андрея помогла ему в достижении этой цели.

В то время в Суздальской Руси была еще слишком свежа память об утраченной свободе и независимости, как в среде князей и дружинников, так и в самом народе. Многие с нетерпением сносили постыдное иго. К числу их принадлежал и Андрей Ярославич. Будучи великим князем Владимирским, он женился на дочери знаменитого Даниила Романовича Галицкого и, вероятно, заодно с тестем начал питать замысел о свержении ига. Но нашлись соперники и недоброжелатели, которые донесли Сартаку о замыслах Андрея. Хан послал против него войско под начальством ордынского царевича Неврюя с воеводами Котяном и Алабугою. Услыхав о том, Андрей воскликнул: "Господи! доколе мы будем ссориться и наводить друг на друга татар; лучше мне уйти в чужую землю, нежели служить татарам". Он, однако, отважился на битву, но, конечно, был слишком слаб, чтобы выиграть ее, и бежал в Новгород. Не принятый новгородцами, он с женою и боярами своими удалился за море к шведскому королю, у которого и нашел убежище на время. Нашествие Неврюя на Суздальскую землю повело за собою новое разорение некоторых областей; особенно пострадал при этом Переяславль-Залесский. Есть известие, не знаем насколько справедливое, которое приписывает посылку татарского войска на Андрея проискам самого Александра Ярославича. Знаем только, что во время Неврюева нашествия (1252) Александр находился в Орде у Сартака и воротился оттуда с ханским ярлыком на княжение Владимирское. Митрополит Киевский и всея Руси Кирилл II пребывал тогда во Владимире. Он, духовенство со крестами и все граждане встретили Александра у Золотых ворот и торжественно посадили его в соборном храме на отцовском столе.

Александр Невский и Новгород

Александр деятельно принялся уничтожать следы последнего татарского нашествия на Суздальскую землю: возобновлял храмы, укреплял города и собирал жителей, укрывшихся в леса и дебри. Но времена были тяжелые, неблагоприятные для мирной гражданской деятельности. Все десятилетнее великое княжение свое Александр I Невский провел в непрерывных трудах и тревогах, причиненных внутренними и внешними врагами. Более всего доставили ему беспокойства дела новгородские. Хотя монгольское иго, сильно тяготевшее над Суздальскою землею, сначала и ослабило ее преобладание над Новгородом Великим, однако при первой возможности повторились прежние взаимные отношения этих двух половин Северной Руси. Утвердясь на великом княжении Владимирском, Александр возобновил политику своих предшественников, т.е. старался постоянно держать Новгород под своею рукою и назначать туда князем, в сущности же, своим наместником, кого-либо из собственных сыновей. Это место занял его сын Василий. Юноша шел по стопам отца, и вскоре успел отличиться в борьбе с Литвою и ливонскими немцами, которые вновь открыли враждебные действия против новгородцев и псковичей. Но большинство граждан Великого Новгорода более всего дорожило своими вечевыми порядками и вольностями и снова стало тяготиться зависимостью от сильного Суздальского князя. В связи с этими отношениями происходила обыкновенная смена посадников. В 1243 г. умер Степан Твердиславич; он представляет единственный известный нам пример посадника, который сохранял свое место тринадцать лет и умер спокойно при своей должности. Когда Василий Александрович занимал Новгородский стол, посадником был Анания, любимый народом как ревностный защитник новгородских вольностей. Но семья Твердислава не оставляла своих притязаний на посадничество; внук его Михалко Степанович, по-видимому, добивался этого сана уже с помощью суздальских сторонников. Торжество народной стороны, однако, высказалось в том, что она изгнала Василия Александровича, а на княжение к себе призвала Ярослава Ярославича, младшего брата Александрова.

Великий князь не замедлил показать, что не намерен терпеть такое своеволие. Он быстро явился с суздальскими полками в Торжок, где еще держался его сын Василий; а отсюда двинулся на Новгород. Ярослав поспешил уехать; в городе произошли обычные смятения и бурные веча. Меньшие люди, т.е. простонародье, руководимые посадником, вооружились, одержали верх на главном вече и присягнули стоять всем как один человек и никого не выдавать князю, если тот потребует выдачи своих противников. А вятшие, или более зажиточные, держали сторону князя и замышляли передать посадничество Михалку Степановичу. Последний с толпою вооруженных людей удалился в Юрьевский монастырь, в соседство Городища, или княжеской резиденции. Чернь хотела было ударить на двор Михалка и разграбить его; но великодушный посадник Анания удержал ее от насилия. Между тем некоторые переветчики уходили к великому князю и извещали его о том, что делалось в Новгороде. Расположив свою рать вокруг Городища, Александр прислал на вече требование о выдаче посадника Анании, грозя в противном случае ударить на город. Граждане отправили к великому князю владыку Далмата и тысяцкого Клима с мольбою не слушать наветов злых людей, отложить гнев на Новгород и на Ананию и занять вновь их стол. Александр не склонялся на эти просьбы. Три дня обе стороны стояли друг против друга с оружием в руках. На четвертый день Александр велел сказать на вече: пусть Анания лишится посадничества, и тогда он отложит свой гнев, Анания удалился, и великий князь торжественно вступил в Новгород, встреченный владыкою и духовенством со крестами (1255 г.). Посадничество получил Михалко Степанович, а на княжеский стол воротился Василий Александрович.

В это время шведы попытались было снова отнять Финское прибрежье у Новгорода и вместе с подручным себе народцем Емью начали строить крепость на реке Нарове. Но при одном слухе о движении Александра с суздальскими и новгородскими полками они удалились. Однако Александр хотел дать им новый урок и продолжал поход вглубь страны, обитаемой Емью; причем много народу избил или взял в полон. По словам летописи, русская рать должна была преодолевать большие трудности на этом походе в холодную, туманную погоду, в краю, наполненном скалами и болотами. Цель была достигнута; долгое время после того шведы не отваживались нападать на пределы Новгородские.

Татарская перепись в Новгороде

Уже в следующем 1257 году новгородские смуты возобновились. Причиною их на этот раз был слух, что татары хотят ввести в Новгороде свои тамги и десятины.

В 1253 г. умер Батый, а вслед за ним и Сартак. В Кипчакской Орде воцарился брат Батыя Берке. Около того времени великий хан Менгу велел произвести общую перепись жителей во всех татарских владениях, дабы более точным способом определить количество дани с покоренных народов. Такое распоряжение тяжело отозвалось в Русской земле. Конечно, в связи с этим делом и для смягчения его условий Александр Ярославич летом 1257 года ездил с подарками в Орду, сопровождаемый некоторыми удельными суздальскими князьями, в том числе братом Андреем, который успел воротиться из Швеции и примириться с татарами. А следующею зимою приехали из Орды численники; сосчитали население в землях Суздальской, Рязанской, Муромской и поставили своих десятников, сотников, тысячников и темников. Только чернецы, священники и прочие церковнослужители не были записаны в число, потому что татары духовенство всех религий освобождали от даней. Такое изъятие было установлено еще Чингисханом и Огодаем, которые руководились при этом не одною монгольскою веротерпимостью, но, вероятно, и политическими соображениями. Так как духовенство у всех народов составляло самый влиятельный класс, то основатели великой Татарской империи избегали возбуждать религиозный фанатизм, опасное действие которого они могли заметить особенно у мусульманских народов. Татары обыкновенно переписывали всех мужчин, начиная с десятилетнего возраста, и собирали дани отчасти деньгами, отчасти наиболее ценными естественными произведениями каждой страны; с Руси, как известно, они получали огромное количество мехов. Главные дани были: десятина, т.е. десятая часть хлебного сбора, тамга и мыт, вероятно, пошлины с торгующих купцов и провозимых товаров. Кроме того, жители обложены были разнообразными повинностями, каковы, например, ям и корм, т.е. обязанности давать подводы и съестные припасы татарским послам, гонцам и всяким чиновникам, особенно поборы на ханское войско, ханскую охоту и пр.

Тяжесть всех этих налогов и повинностей, а в особенности жестокие способы их сбора, конечно, были известны новгородцам, и потому они сильно взволновались, когда услыхали, что и к ним придут татарские численники. Доселе Новгород не видал татар в своих стенах и не считал себя подчиненным варварскому игу. Начались бурные смуты. Горячие головы, называя изменниками тех, которые советовали покориться необходимости, призывали народ положить свои головы за св. Софью и Новгород. Среди этих смут был убит нелюбимый посадник Михалко Степанович. Сторону горячих патриотов держал и сам юный князь новгородский Василий Александрович. Услыхав о приближении отца с ханскими послами, он не стал дожидать его и убежал во Псков. На этот раз новгородцы так и не позволили себя перечислять и, поднеся дары ханским послам, выпроводили их из своего города. Александр сильно разгневался на сына Василия и отправил его на Низ, т.е. в Суздальскую землю; а некоторых его дружинников жестоко покарал за их мятежные советы: кого велел ослепить, кому отрезать нос. Варварское иго уже давало себя знать в этих наказаниях.

Напрасно новгородцы думали, что они избавились от татарских численников. Зимою 1259 года Александр снова приехал в Новгород с ханскими сановниками Беркаем и Касачиком, которых сопровождала многочисленная татарская свита. Предварительно пущен был слух, что войско ханское уже стоит в Низовой земле, готовое двинуться на Новгород в случае вторичного неповиновения. Здесь опять произошло раздвоение: бояре и вообще вятшие люди изъявили согласие на перепись; а меньшие, или чернь, вооружились с кликами: "Умрем за св. Софью и за домы ангельские!" Клики эти напугали татарских сановников; они просили стражу у великого князя, и тот велел стеречь их по ночам всем детям боярским; а новгородцам он грозил опять удалиться и предоставить их в добычу ужасной ханской мести. Угроза подействовала; чернь успокоилась и допустила численников. Татарские чиновники ездили из улицы в улицу, перечисляя дома и жителей и высчитывая количество даней. Чернь злобствовала при этом на бояр, которые сумели устроить таким образом, что дани были налагаемы почти равные на богатых и бедных; следовательно, для первых они были легки, а для последних тяжелы. По окончании переписи сановники татарские удалились. И то уже было немалым благом для Новгорода, что в нем, вероятно, по ходатайству великого князя, не поселились баскаки, как в других стольных городах. Александр поставил здесь князем другого сына своего, Димитрия. Как неприятна и тревожна была для него эта последняя поездка в Новгород, показывают слова, сказанные епископу Кириллу. На обратном пути во Владимир великий князь остановился в Ростове, где его угощали двоюродные племянники, князья Борис Василькович Ростовский и Глеб Васильевич Белозерский с своею матерью Марьей Михайловной (дочерью замученного в Орде Михаила Черниговского). Разумеется, первым делом по приезде сюда было помолиться в соборном Успенском храме и поклониться гробу св. Леонтия. Тут, принимая благословение и целуя крест из рук известного книжника, престарелого епископа Кирилла, Александр сказал ему: "Отче святый! твоею молитвою я здрав поехал в Новгород, твоею же молитвою здрав и сюда приехал".

Волнения против татар в Суздальской земле

Спокойствия, однако, не было. Едва в Новгороде затихли волнения, вызванные татарскою данью, как еще большие возникли в самой Суздальской земле, и по той же причине.

Около этого времени ордынские властители начали отдавать на откуп дани и налоги магометанским купцам из Средней Азии, т.е. хивинским и бухарским; русский народ называл их вообще бесерменами. Заплатив вперед большие суммы в ханскую казну, естественно, откупщики старались потом вознаградить себя с лихвою и выжимали из народа последние его средства. За всякую отсрочку платежей они налагали непомерные росты, или проценты; отнимали скот и все имущество, а у кого нечего было взять, того или детей его брали и потом продавали в рабство. Народ, еще живо помнивший о своей независимости, не вынес такого крайнего угнетения; сюда присоединилось и возбуждение религиозное, так как фанатичные мусульмане начали ругаться над христианскою церковью. В 1262 г. в больших городах, каковы Владимир, Ростов, Суздаль, Ярославль, Переяславль-Залесский, жители восстали при звоне вечевых колоколов и выгнали от себя татарских сборщиков дани, а некоторых избили. В числе последних находился какой-то отступник Зосима, в городе Ярославле он был монахом, но потом перешел в мусульманство, сделался одним из сборщиков дани и пуще иноплеменников притеснял прежних своих соотчичей. Его убили, а тело бросили на съедение псам и воронам. Во время этого возмущения некоторые из татарских чиновников спасли себя тем, что приняли христианство. Например, так поступил в Устюге знатный татарин Буга, который потом, по словам предания, своею набожностью и добротою приобрел общую любовь.

Естественно, что за этим мятежом неминуемо должно было последовать жестокое возмездие со стороны варваров. И действительно, Беркай собирал уже рать для нового нашествия на Северо-Восточную Русь. В такое критическое время выказалась вся политическая ловкость Александра, сумевшего отвести новую грозу. Он отправился к хану, чтобы " отмолить людей от беды ", как выражается летопись. Так как новгородцы снова находились в войне с ливонскими немцами, то, отъезжая в Орду, великий князь распорядился защитою Руси с этой стороны. Он послал свои полки и брата Ярослава Тверского на помощь сыну Димитрию. Новгородско-суздальская рать вошла в Ливонскую землю и осадила Дерпт, или старый русский город Юрьев. Последний был сильно укреплен тройными стенами. Русские взяли внешний город, но не могли овладеть кремлем и ушли, не успев отвоевать этого древнего достояния своих князей. Главною причиною неуспеха было то, что русские опоздали: они условились с литовским князем Миндовгом напасть на немцев в одно время; но пришли уже тогда, когда Миндовг воротился домой.

Смерть Александра Невского

Между тем Александр с большим трудом умолил разгневанного хана не посылать войска на Суздальскую землю; причем, разумеется, должен был великими дарами подкупать всех, которые имели влияние на хана. Ему помогло еще и то обстоятельство, что Сарайский хан был отвлечен междоусобною войною с своим двоюродным братом Гулагу, властителем Персии. Берке продержал Александра в Орде многие месяцы, так что великий князь наконец тяжко заболел, и тогда только был отпущен. Имея не более сорока пяти лет от роду, Александр мог бы еще долго служить России. Но постоянные труды, беспокойства и огорчения, очевидно, сломили его крепкое тело. На обратном пути, плывя Волгою, он остановился передохнуть в Нижнем Новгороде; затем продолжал путь, но не доехал до Владимира и скончался в Городце 14 ноября 1263 года. По обычаю благочестивых князей того времени он перед смертью постригся в монахи. Автор Сказания об Александре говорит, что когда во Владимир пришла весть о его кончине, митрополит Кирилл в соборной церкви объявил о том народу, воскликнув: "Чада моя милыя! Разумейте, яко погибаем!" Митрополит и духовенство со свечами и дымящимися кадилами, бояре и народ вышли в Боголюбове навстречу телу великого князя и потом положили его в монастырском храме Рождества Богородицы. Уже современники, по-видимому, причисляли покойного князя к людям святым, к угодникам Божиим. Автор его жития, в молодости знавший Александра, прибавляет следующую легенду. Когда тело князя положили в каменную гробницу, митрополичий эконом приступил к нему и хотел разжать его руку, чтобы архипастырь мог вложить в нее отпустительную грамоту. Вдруг покойный простер руку и сам взял грамоту у митрополита.

Значение деятельности Александра Невского

Главное значение Александра в русской истории основано на том, что его деятельность совпала со временем, когда характер монгольского ига только что определялся, когда устанавливались самые отношения покоренной Руси к ее завоевателям. И нет никакого сомнения, что политическая ловкость Александра много повлияла на эти устанавливающиеся отношения. В качестве великого князя он умел не только отклонять новые татарские нашествия и давать некоторый отдых народу от страшных погромов; но и знаками глубокой покорности, а также обещанием богатых даней умел отстранять более тесное сожительство с варварами и удерживать их в отдалении от Руси. И без того по своей дикости и степным привычкам не расположенные к городской жизни, особенно в северных лесистых и болотистых странах, не привычные к сложной администрации народов оседлых и более общественных, татары тем охотнее ограничились временным пребыванием в России своих баскаков и чиновников с их свитою. Они не тронули ни ее религии, ни ее политического строя и совершенно оставили власть в руках местных княжеских родов. Ханы и вельможи их находили столь удобным и легким пользоваться огромными доходами с покоренной страны, не утруждая себя мелкими заботами суда и управления, а главное, оставаясь среди своей любимой степной природы. Александр действовал в этом смысле усердно и удачно; отстраняя татар от вмешательства во внутренние дела России, ограничив ее только вассальными отношениями и не допуская никакого послабления княжеской власти над народом, он, конечно, тем самым содействовал будущему усилению и освобождению Руси. По-видимому, он ловко умел также уклоняться от известной обязанности подчиненных владетелей водить свои дружины на помощь хану в его войнах с другими народами. Повторяем, то был блистательный представитель великорусского типа, который с одинаковой ловкостью умеет и повелевать, и подчиняться, когда это нужно.

Александр Невский на Плещеевом озере. Картина С. Рубцова

Автор жития сообщает любопытное известие о посольстве папы Римского к Александру. Папа прислал к нему двух "хитрейших" кардиналов, чтобы научить его латинской вере. Кардиналы изложили перед ним Священную историю от Адама до Седьмого вселенского собора. Александр, посоветовавшись с своими "мудрецами", т.е. с боярами и духовенством, дал такой ответ: "Все это мы хорошо ведаем, но учения от вас не принимаем"; затем с миром отпустил посольство. И действительно, мы имеем папские грамоты к Александру и его предшественникам, которые показывают настоятельные усилия Римской курии подчинить себе Русскую церковь. А в грамоте Иннокентия IV к Александру с этою целью приводятся даже ложные ссылки на Плано Карпини, по словам которого будто бы отец Ярослава в бытность свою в великой Орде у Гаюка обратился в латинство. В известных записях Карпини нет о том ни слова .


Легенда о Пелгусии, равно и подвиги шести мужей вошли в сказание об Александре Невском, которое встречается в позднейших летописных сводах (Новгород, четвертом, Софийском, Воскресенском, Никонов.). Приводим эту легенду (по Новг. четвертому).

"Бе некто муж, старейшина в земли Ижерской, именем Пелгусии; поручена бе ему стража морская; всприят же святое крещение, и живяше посреде роду своего погана суща, и наречено бысть ему имя в святом крещении Филипп; живяше богоугодно, в среду и пяток пребывая в алчбе; тем же сподоби его Бог видению страшну. Уведав силу ратных, иде противу князя Александра, да скажет ему станы, обрете бо их. Стоящю же ему при край моря, стрегущю обои пути, и пробысть всю нощъ в бдении; яко же нача всходити солнце и услыша шум страшен по морю, и виде насад един гребущ, посреди насада стояща Бориса и Глеба в одеждах червленых, и беста руки держаще на рамах, гребци же седяща аки в молнию одены. И рече Борис: "Брате Глебе! вели грести; да поможем сроднику своему Александру". Видев же Пелгусии таковое видение и слышав такой глас от святую, стояше трепетен дондеже насад отъиде от очию его; потом скоро поехав к Александру: он же видев его радостныма очима, исповеда ему едину, яко же виде и слыша. Князь же отвеща ему: "сего не рци никому же".

Замечательную аналогию с этим рассказом представляет подобная же легенда, которою украсилась победа современника Александрова, чешского короля Пшемысла Оттокара, над угорским Белою на берегах Моравы в 1260 г. Сам Оттокар в письме своем к папе рассказывает, что один преданный ему благочестивый муж, оставшийся дома по болезни, в день битвы удостоился видения. Ему явились покровители Чешской земли свв. Венцеслав, Адалберт и Прокопий; причем Венцеслав сказал своим товарищам, что войско их (чехов) слабо и надобно ему помочь (Тургенева Histor. Russ. Monumenta, II. 349).

Хотя составитель Сказания об Александре говорит, что он писал по рассказам отцов, а об Невской победе слышал от участников и даже от самого Александра; однако рассказ об этой битве обилует явным преувеличением относительно врагов. Во-первых, в неприятельском ополчении кроме Свеев (Шведов) будто принимали участие Мурмане (Норвежцы), Сум и Емь. Убитых врагов будто бы было так много, что наполнено три корабля одними знатными людьми; а прочих, которым ископали ямы, было без числа. Не более 20 убитых с русской стороны слишком тому противоречит и показывает, что битва вообще не имела больших размеров. Имя шведского вождя обыкновенно не упоминается, хотя он называется королем Римским (т.е. латинским, или католическим). Только в немногих сводах летописей прибавлено Бергель, т.е. Бергер (Новгор. четверт.). При описании битвы в некоторых списках еще говорится, что тут был убит воевода их Спиридон (Новгородская первая); тогда как имя Спиридона носил в это время архиепископ Новгородский. Что касается до известного Фолькунга Биргера, женатого на дочери короля Эриха, то он возведен в достоинство ярла несколько позднее, в 1248 г. (Geschichte Schwedens von Geijer. I. 152).

П. С. Р. Лет. Летописи упоминают о поездке Александра к Сартаку и походе татар на Андрея под одним годом, не связывая между собою эти два события. Прямое известие о наговоре Александра хану против своего брата Андрея находим только у Татищева (IV. 24). Карамзин считает это известие вымыслом Татищева (Т. IV, прим. 88). Беляев старается оправдать Александра от этого обвинения ссылкою на умолчание известных нам летописей и повторяет мнение князя Щербатова, что наговор был сделан дядею Святославом Всеволодовичем, к которому и относит слова Андрея: "доколе будем наводить друг на друга татар" ("Великий князь Александр Ярославич Невский". Временник Об. И. и Др. IV. 18). Соловьев в своей истории полагает известие Татищева вполне достоверным (Т. II, прим. 299). Мы тоже находим его достоверным, если принять во внимание все обстоятельства; Александр, очевидно, считал себя обиженным после того, как Владимирским столом овладел его младший брат, вероятно, употребив для того перед ханом какие-нибудь ловкие извороты.

О великом княжении Александра Невского см. Летописи Лаврент., Новгород., Софийск., Воскресен., Никонов, и Троицкая. См. папские грамоты: к Юрию Всеволодовичу (Historica Russiae Monumenta. I. N. LXXIII) и Александру Ярославичу (ibid. LXXXVIII). Leben des heiligen Alexandri Newsky у Миллера в Sammlung Russischer Geschichte. I.